ivalnick (ivalnick) wrote,
ivalnick
ivalnick

ЖОЛ: Проклятие 17-й квартиры (2014)

У Иры в прошлом году умерла мама, а в этом году родилась внучка.
Так что семейство Павловых находится в своем каноническом состоянии: бабушка, мама и внучка. Только теперь Ира сама бабушка.

Как оно там было до революции сейчас уже ни кто сказать не может, но старушки во дворе говорят, что, сколько себя помнят, в 17-й квартире всегда жили Павловы: бабушка, дочка и внучка. Мужики-то туда периодически заходили, а то и провожали маму до дома, но чтобы хоть один на ночь остался - это ни-ни.
Ирину прабабушку вспоминали все соседки: "Добрая была женщина, красивая и веселая."
Впрочем так же они вспоминали и бабушку, а сейчас и маму так же вспоминают.
И больше всего Ира боится, что так же вспоминать будут не только её, но и дочку с внучкой.

Ирина прабабушка была медсестрой в военном госпитале. Зимой 1918-го она вышла замуж за лихого матроса Балтийского флота, получив как свадебный подарок квартиру в центре Петрограда, а уже в сентябре его расстреляли вместе с другими левыми эсерами. Квартиру, правда, за ней оставили и в январе 1919-го года она вернулась в неё вместе с мамой, приехавшей из деревни, и новорожденной дочкой.
Жили они настолько тихо и мирно, что все невзгоды тех времен прошли мимо них. И в июне 1941-го бывшая новорожденная, ставшая к тому времени врачом, собралась замуж за офицера Балтийского флота. До свадьбы им не хватило двух недель. Жених погиб в Прибалтике в июле 1941-го, а в феврале 1942-го в блокадном Ленинграде родилась Ирина мама - Валерия.
Вот только бабушкина мама умерла в первых числа февраля. Хотя бабушка и прабабушка работали в военном госпитале, но они до конца жизни считали, что если бы не лишняя карточка (труп они похоронили только в конце марта, когда спали холода и хранить его стало совсем невозможно), то могли бы и просто не выжить.
После войны Ирины бабушка и прабабушка сделали всё, чтобы внушить Валерии отвращение к балтийским морякам и медицинским профессиям. Не знаю, какие способы они применяли, но своего добились: она закончила Инженерно-экономический институт и отказывалась кататься даже на речном трамвайчике.
Впрочем, от судьбы её это не уберегло. Весной 1971-го года Валерия познакомилась с летчиком, за которого должна была выйти замуж в декабре, но до свадьбы он не долетел. (Не знаю, действительно ли он погиб, потому что никогда не говорили о месте его захоронения.) В мае 1972-го состоялись похороны Ириной прабабушки, а уже в сентябре родилась она сама.
Бабушка - врач, мама - заведующая столовой в НИИ. Идеальный, по советским временам, старт. Только что-то пошло не так.
Мама, практически через год после родов, начала вести "весёлую" жизнь, иногда неделями не появляясь дома, а бабушка замкнулась в себе. Всё детство Ирины прошло в одиночестве, когда мать неизвестно где, а бабушка сидит на своей кровати немигающим взглядом уткнувшись в окно.
Когда весной 1992-го Ирина, уже студентка Университета, познакомилась с "Максом", ей просто было не с кем даже посоветоваться.
Макс (не знаю было ли это его имя или кличка) вскружил её голову буквально за неделю: цветы, конфеты, шампанское, поездки на машине по ночному городу... Свои двадцать лет Ирина отмечала у него дома и там всё случилось. Следующим утром он отвёз её домой, а уже вечером его фотография сопровождала телевизионный сюжет об очередном криминальном убийстве в "криминальной столице".
Через восемь месяцев умерла бабушка, а через девять месяцев родилась Ирина дочка.
Ирина мама вернулась домой. Если бы не она, то я даже не представляю себе как Ира с дочкой выжили бы. И 20 лет её мама, которая из заведующей столовой превратилась в обычного продавца на рынке, была им единственной надеждой и опорой.
В декабре Ирина мама пришла домой, попросила её не беспокоить и легла спать. Чтобы уже не проснуться.
Через четыре недели после похорон Ирина дочка сказала, что она беременна. А еще через неделю её жених погиб в автокатастрофе.

Мы познакомились с Ирой когда нам был по 7 лет. Её бабушка работала вместе с моим дедушкой и на каникулах, когда школьников было не с кем оставить, мы вместе играли в холле у них на работе.
Потом мы встречались реже, но иногда наши бабушки устраивали посиделки, на которые брали и нас.
Однажды, когда Ире было 11 или 12, она вышла с белым тюлем на голове и объявила, что выйдет за меня замуж.
Моя бабушка засмеялась, а Ирина бабушка погладила меня по голове и сказала "Не дай Бог, внучек."
А потом мы с родителями уехали на Север и в следующий раз я встретился с Ирой, когда она уже родила дочку.
Я не верю в порчу, наговоры и проклятья. Но, может быть, есть что-то в тех словах, которые мне сказала Ира при последней встрече: "Как хорошо, что моя дочка не от тебя. Ты жив. И это прекрасно."
Tags: Жизнь обыкновенных людей
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 6 comments